Title: Полгода после закона

ДОСТОИНСТВО ПРИ НЕДОСТАТКАХ

В России наконец-то создана база для реализации права на свободу совести Прошло полгода действия в России нового закона "О свободе совести и о религиозных объединениях". Поутихли споры и дискуссии, в которых противники закона пугали его сторонников межрелигиозными войнами и бунтами граждан, "ущемленных в правах". Втихомолку продолжаются моления и просьбы к богатой заокеанской стране защитить, а заодно помочь материально "страдальцам за веру". Кипение политических страстей, разборки в духе, кому по новому закону будет хорошо, а кому плохо, мешали нормальной законотворческой работе и, главное, объективному "моделированию" применения закона, что не лучшим образом сказалось на его качестве. Виктор Николаевич Калинин - заслуженный юрист Российской Федерации. НЕДАВНО в Комиссии правительства но вопросам религиозных объединений представитель администрации Нижегородской области, докладывая о практике применения закона, деликатно заметил, что есть в нем "невнятности". С этим можно согласиться. Процесс законодательной регламентации создания и деятельности религиозных организаций будет продолжаться, поправки и дополнения к закону неизбежны. Только вот кто за это возьмется. Не хочется вспоминать, что, потеряв чувство такта и уважения к суверенитету России, с разных сторон начали ее поучать. Из Ватикана пришло нашему президенту послание: "Защитите католиков России, не выживут они по новому закону". Государственные мужи из США решили взять под свою защиту религиозные меньшинства в России от нового закона, усмотрев в нем ущемление свободы совести. Как легко поддались они на вскрики некоторых религиозных деятелей о защите руководимых ими сектантских или около того организаций. В той же компании и г-жа Иловайская-Альберти, посылающая из Парижа в Россию свои "Русские мысли", не способствующие межрелигиозному согласию. Закон опубликован. Но вот встает какой вопрос: а начал ли он действовать, родившись в муках и смуте, меняет ли он сейчас что-либо в религиозной жизни России? Для граждан в храме или мечети все осталось без перемен. Как молились, так и молятся, и не догадываются, что их свобода религиозного верования теперь определяется другим законом. Ничего не изменилось, если не считать временной приостановки регистрации религиозных организаций, пока в Минюсте составляли приказ от 16 февраля с.г. с объявлением правил о государственной регистрации религиозных организаций. Так что реализация закона по главной его сути предстоит в следующем году. К тому времени мы ощутим общественную полезность нового закона. Когда в судебном порядке могут быть ликвидированы религиозные организации, возникшие на "демократической" волне бесконтрольного действия теперь наконец-то потерявшего силу закона 1990 года "О свободе вероисповеданий", породившего нашествие чуждых России тысяч миссионеров и проповедников, чему, несомненно, способствовали представители властных структур, причастных к религиозной сфере. Возможно, религиозный беспредел в России был кем-то заказан и обеспечивался валютой, и, может быть, потому эти лица изо всех сил препятствовали принятию нового закона, заявляя себя борцами за свободу, прикрываясь то щитом Международной организации религиозной свободы, то другими подобными формированиями. В истории этого периода предстоит объективно разобраться и назвать персоны. В прежние советские времена было так заведено, что к закону полагалась инструкция, а иногда даже решение ЦК об исполнении закона. Тогда служащие государственного аппарата (чиновники) начинали действовать. При всем этом за властями со стороны партаппарата был присмотр с правом поправлять и даже направлять, что было значительно сильнее прокурорского надзора, а порой выше судебных решений. В нынешние времена российские политические организации ищут контактов и поддержки со стороны религиозных организаций и их авторитетных представителей. Приходится признать, что иногда такую помощь они получают. Но этого как бы не замечают. Но Конституция и соответственно новый закон развели эти организации по своим местам. Религиозные организации действуют вне политической сферы. Закон содержит по этому поводу вполне определенные положения: религиозные объединения не участвуют в выборах органов государственной власти и органов местного самоуправления, не участвуют в деятельности политических партий и движений, не оказывают им помощи. Прокуроры не замечают правонарушений такого рода. Теперь по закону религиозная организация обязана указать свое вероисповедание и полное наименование, но листовки, буклеты, приглашения продолжают распространяться без требуемых реквизитов. По закону государство в определенных случаях (сохранность зданий - памятников истории и культуры, преподавание общеобразовательных дисциплин, благотворительная и культурно-просветительская деятельность) оказывает финансовую и иную помощь религиозным организациям. Порядок такой помощи должен быть предложен соответствующими государственными ведомствами. Но ничего об этом не слышно, и властвует стихия как на федеральном уровне, так и в субъектах Федерации. Вполне очевидно, что в современной России нет должного законопослушания, а власть не исполняет свою обязанность обеспечить соблюдение закона всеми без исключения, включая религиозные объединения. К сожалению, есть факты полного пренебрежения к закону. Приведу в пример постановление Собора Русской Православной Старообрядческой Церкви от 22 октября 1997 года, в котором объявлено, что "новый закон принимается к сведению и исполнению в пределах, не противоречащих законам Христовой Церкви". Далее дается грубо отрицательная политическая оценка закона. Ну и что, кто на это отреагировал, кто призывал Собор к уважению закона, согласно которому внутренние установления религиозных организаций не могут противоречить законодательству? Предельно ясно определено законом право собственности религиозных организаций на имущество религиозного назначения и его безвозмездное получение из государственной и муниципальной собственности. Но никакого продвижения не ощущается. Нет инструкции, а без нее средний уровень госаппарата бездействует. Подтолкнуть некому. Дремлет демократическая исполнительная власть. У нее своих собственных забот хоть отбавляй. При крохах благорасположения государства к благотворительной и культурно-просветительской деятельности, сопутствующей религии, налицо громадный пласт проявления неосознанного государственного атеизма, который состоит в том, что государство владеет и распоряжается основной частью имущества богослужебного, религиозного назначения и не хочет с ним расставаться. В любом московском храме где-нибудь в Сокольниках или в Замоскворечье и в Сибири картина везде одна: церковное здание, имущество религиозного назначения на сегодняшний день остаются в государственной собственности. Скажите, пожалуйста, зачем государству здание православного храма, синагоги или мечети и почему государство хочет остаться собственником иконы, купели и лампады, разве революция продолжается? Давно бы надо устранить этот государственно-атеистический абсурд. Так и хочется призвать к законопослушанию власти в центре и в регионах: не ждите инструкции, исполняйте закон, отдайте в собственность религиозным организациям то, что им должно принадлежать по праву, что им необходимо по назначению. Отбросьте хитросплетения тех организаций и их служителей, которые вопреки закону позволяют утверждать деление общества на верующих и неверующих и первенство первых перед вторыми. Не может вызвать уважения та власть, которая равнодушно взирает на богослужение зимой перед храмом и не откроет его врата для тех, кому он предназначен. При том, что в новом законе есть недостатки, он имеет одно большое достоинство - в нем нет понятия атеизма, которое в прежнем законе утверждалось от имени государственной власти со знаком равенства с религией. Ни одна правовая система цивилизованного государства не предусматривает в законах атеизм, наконец-то и мы избавились в законе от этого пережитка, преодолев примитивную догму: "Атеизм - хорошо, религия - плохо". Кандидаты и доктора наук с государственными дипломами по специальности научный атеизм продолжают службу, чуть-чуть скорректировав свои взгляды на религиозную проблему. Светское государство не может быть антирелигиозным, как это было у нас ранее. И тем не менее от проблемы атеизма Россия не избавилась. Есть теоретики, которые вопреки всем законам утверждают деление граждан на три категории: верующие, неверующие и атеисты. Совсем недавно Российская академия государственной службы при президенте опубликовала в своем информационно-аналитическом бюллетене комментарий к закону о свободе совести. Его дает руководитель аппарата правительства Андрей Себенцов, от начала до конца участвовавший в разработке законопроекта. Публикацию комментария можно приветствовать, если бы не статья Себенцова "Россия строит светское государство". Нет здесь возможности разбирать достоинства и недостатки в размышлении автора, но меня весьма насторожило, что конституционным принципом свободы совести, который, по словам автора, "размывается", объявляется "равенство прав верующих и неверующих". Замечу, что в Конституции деления граждан по своему разумению нет. Хитрость атеизма в активном противостоянии религии как некоей абстракции, с отвлеченностью от права человека, от его свободы выбора. Ушел из нашей жизни воинствующий атеизм, питаемый атеизмом научным, но приверженцы последнего не сложили оружия, теперь уже не боевого, а только идейного. Представляется мне, что на данном этапе надо бы реализовать следующий проект. В Государственной Думе при комитете по делам общественных объединений и религиозных организаций надо иметь совещательный орган из представителей централизованных религиозных организаций федерального уровня, возможно, с приглашением общественно-религиозных деятелей. Дать совету право принимать рекомендации по проблемам отношений государства с религиозными организациями, нахождения путей правового, законодательного разрешения текущих и перспективных вопросов. Такой канал связи даст взаимную пользу, приблизит религиозные организации к законодательной инициативе депутатов, послужит источником информации из первых рук для российского Законодательного собрания. Дальнейшие мои рассуждения по этому вопросу ведут к тому, чтобы объединенный комитет Госдумы разделить на два самостоятельных: один - по общественным организациям, другой - по религиозным объединениям. Надобность в этом давно назрела и условия вполне сложились. За последние годы заметно продвижение процесса государственно-церковных отношений, и это положительно сказывается на состоянии общественной жизни России. На этом относительно благополучном фоне, к сожалению, есть организации и лица с низкой правовой культурой или последствиями плохого воспитания, ищущие популярности в открытом проявлении неуважения к религиозным чувствам граждан, к священнослужителям, заявляя о себе мелким зубоскальством, откровенной ложью, безграмотными суждениями о законе и грубым вмешательством в весьма деликатную сферу духовной жизни человека, тем самым нарушая законное право на свободное исповедание веры. Наблюдая происходящий в России процесс общественного и государственного признания религии, постепенной нормализации отношений государственных органов и религиозных организаций, скромные, порою противоречивые попытки создания цивилизованной нормативно-правовой базы для реализации права человека на свободу совести и свободу вероисповедания, можно с убежденностью сказать, что "процесс пошел"... Темпы его могут ускоряться или замедляться в зависимости от общественно-политической обстановки, но остановить его невозможно. Растет авторитет традиционных российских религиозных организаций, в особенности это относится к Русской Православной Церкви, их положительная роль в стабилизации общественной жизни в России, духовности людей. Верю в этот светлый путь участия православных, мусульманских, иудейских и других религиозных организаций в служении благу человека, миру, согласию и возрождению России.